Ведьмак: Глас рассудка

Объявление

НОВОСТИ

✔ Информация: на данный момент проект находится статусе заморозки. По всем вопросам обращаться в ЛС на профиль Каролис.

✔ Для любопытствующих: Если видишь на картине: кони, люди — все горит; Радовид башкой в сортире, обесчещен и небрит; а на заднем фоне Дийкстра утирает хладный пот — все в порядке, это просто наш сюжетный поворот.

✔ Cобытия в игре: Несмотря на усилия медиков и некоторых магов, направленные на поиск действенного средства от «Катрионы», эффективные способы излечения этой болезни пока не найдены. На окраинах крупных городов создаются чумные лазареты, в которые собирают заболевших людей и нелюдей, чтобы изолировать их от пока еще здоровых. Однако все, что могут сделать медики и их добровольные помощники – облегчать последние дни больных и вовремя выявлять новых пациентов. Читать дальше...
ИГРОКИ РАЗЫСКИВАЮТ:

Супердевы Цвет эльфской нации Патриоты Старый волчара

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Глас рассудка » О людях и чудовищах » В груде развалин Старых храмов, грядущий чертог (Новиград, 1270)


В груде развалин Старых храмов, грядущий чертог (Новиград, 1270)

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

http://s1.uploads.ru/aeIV5.jpg

Время: июнь, 1270
Место: пещеры у канализации Новиграда
Участники: Балазар, Алва

История о том, как не всех радует соседство с кровавыми культами

Отредактировано Балазар Утопленник (2017-10-05 18:17:09)

0

2

Упавшая бочка вывела из оцепенения. Балазар вздрогнул и огляделся. Огромная пещера, тёмная и сырая, стены которой исписаны ровными рядами символов, смысл которых утерян в веках. За зрением вернулся и слух. Десятки стонов, криков и лживых молитв. Команда “Милосердия” невозмутимо продолжала швырять людей в клетки. Как бы это иронично не звучало, но своё милосердие они утратили давным-давно. А когда? Едва ли кто-то из них ответит на этот вопрос. Может, когда впервые увидели водяных, которыми пугают детишек в прибрежных деревушках. А может и тогда, когда впервые пожали руку черноволосому молодому капитану.

   — Заканчивайте здесь. К закату они должны быть готовы к отправке, — крикнул Балазар и, чуть помедлив, шатающейся походкой двинулся вглубь пещеры. Крики не затихали. Девки, видимо,считали, что их отправят рабынями в какой-нибудь Офир. Но их опасения были далеки от истины. Скоро им придётся стать наложницами тех, кого едва ли можно назвать людьми. Удивительное дело! Человечьи самки разве что от свиньи понести не могут.

   “Он слышит меня. Слышит, но не отвечает. Но Господин не умолкает надолго. Я услышу его ночью. Рано, слишком рано. Алтарь не закончен”, — погруженный в свои мысли, Балазар дошёл до входа в канализацию Новиграда. Нестерпимо несло сыростью, приторным запахом гниения и дерьмом. Но несмотря на это, у самого входа располагался каменный стол. Идеально овальной формы, с идеальной ровной поверхностью. Веками солёные воды океана ласкали его. Затем, чтобы он потом послужил своему Господину, ожидающему парада звёзд. Капитан припал к нему. У них ещё оставалось время до заката. А потом за своим грузом придут они, водяные. Успевают, кажется успевают. Но алтарь нужно освятить.

   Капитан втёр в десны немного фисштеха. У канализации было темно, но он казалось видел лучше, чем при свете дня. Еретические символы и фигуры плясали на поверхности камня. Показывали грядущее, а может и минувшее. Он точно не знал. Не должен был:
   — Я так устал, Господин. Так устал оставлять эти послания, неведомо для кого, — прохрипел Балазар и тут же поморщился, удивляясь своим богохульным речам. Смел ли он говорить так у будущей святыни? Но Господин милосерден. Дагон простит его секундную слабость.

   Голоса океана. Голоса звёзд. Он тонул снова и снова. Бешеная какофония звуков терзала разум, а слабость — тело. Но он снова взялся на инструменты. Грош тому шедевру, которому недоступен последний штрих. Шёпот направлял его разум, а Он — руку.

   — Капитан, всё готово. Капитан?.., — сильная рука тронула плечо Балазара. Тот мгновенно проснулся. Легонько пожав руку, он кинулся к столу. Заснул! Но сомнений не было — алтарь был завершен. Даже если Утопленник и сам не помнил, как его закончил. По всей границе камень украшало имя Дагона, написанное и на известных Балазару языках, и на тех, которые он не узнавал, — Девки в клетках, как и положено. Самым крикливым съездили разок по лицу. И мы готовы к ритуалу. Сегодня мы закончим ритуал.
   Балазар лишь скромно, будто стесняясь, улыбнулся. Сегодня.

   Пещеру заполнила команда “Милосердия”. Древние своды осветились факелами, но моряки и пираты хранили гробовое молчание. Каждый из них знал о том, что вскоре здесь произойдёт. И каждый знал о том, как серьёзно капитан относится к соблюдению ритуалов. Громкое слово, нервный смешок и уже к рассвету твои кости можно будет собирать по всему побережью. И страшнее всего было то, что он и пальцем не тронет нарушителя. Сам Балазар стоял у каменного алтаря. Лицо было вымыто, а длинные чёрные волосы убраны в высокий хвост. Для завершения образа не хватало разве что какой-нибудь языческой сутаны, но он капитан никогда об этом не заботился: его бог ценил не форму, но содержание. Тишину нарушили сдавленные крики и ругань.
   
   Балазар широко раскрыл безумные глаза. Двое из абордажной команды тащили к нему девчонку, ей едва ли исполнилось четырнадцать. Но несмотря на юность, она сквернословила, как дочь сапожника — а может и да? — и всеми силами стремилась вырваться. Девчонку с силой швырнули на камень, лишь пробормотав: “Девственница”. Она уж было хотела сорваться да сбежать, но капитан крепко схватил её за плечи и склонившись над пленницей, мелодично прошептал ей на ухо:
   — Как зовут тебя, девочка?

+2

3

Лина пропала.

Маргарет не находила себе места целую неделю. Она совершенно не любила, когда её юная дочь отправлялась в большие города в гордом одиночестве. В прочем... Всё было не совсем так. Лина отправилась в Новиград в составе группы на экскурсию от университета. Правда, молодой преподаватель, которому посетовали следить за группой, был чуточку лишь старше самой Лины. Он вряд ли походил на человека, который с лёгкостью парящего по воздуху гусиного пёрышка может управиться с целым выводком беснующихся подростков. Вот поэтому это и было эквивалентно тому, что Лина отправилась в Новиград не более чем одна.

Вот только группа экскурсантов вчера вернулась.
А Лина - нет. Лина пропала.

У Маргарет, пусть та и была уже глубоко седой, седыми стали даже брови.
А Алву Амнелл Лорелею Энн-Бирет никогда ничего не волновало больше, нежели вопросы безопасности собственной семьи.

Когда-то давным-давным давно, когда в её доме лишь появился этот маленький пищащий комочек простого человеческого счастья, когда Маргарет была стара не так, будто воочию видела Сопряжение Сфер, был изготовлен кулон. Возможно, не самый качественный. Однако действенный. На счастье, ведун, занимавшийся тем делом, ещё не успел отдать своим богам душу. И исполнил некогда данное обещание.

Лина пропала.
Но Лину всегда можно было легко найти.
Именно таков был самый первый подарок Алвы маленькому пищащему комочку человеческого счастья.

- Она его не сняла. Хорошая девочка, - шипела себе под нос Алва Амнелл, по колено увязая в холодной солёной воде. Перспектива не радовала. Сапоги размокли, расползлись. Ногам, пусть Алва и не чувствовала холода, стало неприятно мокро и как-то совершенно неуютно.

Но это была Лина. Человеческое существо, выросшее на её глазах и её руках. Осколок Маргарет, которая на её глазах старела и увядала. Слишком большая роскошь позволить потеряться в этом мире единственному человеку, который считает тебя своим ангелом с самого рождения.

Агат в руке вампира пылал нездоровым пламенем. Будто внутри маленького камня разгорался целый пожар. Агаты, как она знала, прекрасно впитывают магию. Единый агат, разделённый на две части, всегда будет связан единым заговором. И всегда будет искать свою вторую половину. Особенно если его об этом попросить.

Медальон на шее Лины, выполненный в виде жёлтой капли, тоже горел. Светился, обжигал кожу, пел своему владельцу. Пел спасительную песнь о том, что помощь близко, помощь скоро будет.
Но Лина не слышала эту песнь. Лина лежала без сознания на полу клетки в пещере близ Новиграда. С разбитой губой, поцарапанной бровью и синяками на запястьях. Лине лишь снилось, что её найдут. Думать об этом она даже не смела.

Отредактировано Алва (2017-10-08 11:35:57)

+1

4

Шум океанических вод утих. Утихла и какофония бесконечного шепота. Только лишь для того, чтобы услышать её имя — Лиза. Произнесенное тихо, украдкой. Будто стесняясь. Но девчонки перестала биться и извиваться, что несказанно порадовало Балазара. Вскоре начала тихонько всхлипывать. Это порадовало его ещё побольше. Капитан нежно погладил её по голове:
   — Какое красивое имя. Хорошо подходит такой красивой девочке. Скажи, Лиза, мои друзья тебя обидели?

   Балазар не помнил кто именно её схватил. Ночью они причалили к берегу и морскими демонами ворвались в каждый дом. Перебив мужчин, всех женщин свели к центру села. Кого-то изнасиловали и убили тут же. А воздух сотрясали нечестивые гимны, вознося хвалу и благодарность ему — Господину глубин. Всё как обычно, в точности до мелочей. Кроме неё — Лизы. Она делала этот налёт особенным. И была девочкой для особенных целей.
   
   Дрожащим голосом девочка рассказывала капитану о всех тех несчастьях, что ей пришлось пережить. И про убийство тятьки с папкой, и про сцену у колодца. Капитан рассеянно слушал и продолжал гладить её по голове. Но любая история оканчивается рано или поздно. Даже така чудесная, как та, которую ему рассказывала Лиза. Мягко коснувшись её губ длинным белым пальцем, Балазар тихо прошипел: тс-с-с.
   — Тише, милая, тише. Ужасы уже позади. А у меня для тебя кое-что есть. Маленький подарок для моей милой Лиззи, — капитан по-озорному улыбнулся, а девчушка непонимающе склонила голову набок. Балазар легонько щекотнул её щеку, а во второй руке блеснул ониксово-черный ритуальный кинжал, подарок водяных.
   “Мерзкая девчонка, поди покланялась манде Милетэле? Глупая мразь, какой позор. Позор дарить тебе его благословение”, — капитан поцеловал Лизу в лоб и умелым движением перерезал ей глотку. Теплая кровь заструилась на ритуальный камень, а пещеру наполнил непонятный гул, затушивший свет факелов, и запах. Запах морской соли. Балазар закрыл глаза, глубоко вдохнул. Теперь это место стало другим. Он установил маяк для тех, кто дремлет в глубинах морских вод. Он освятил алтарь.

   Гул стих, но теперь пещеру заполонил шёпот команды “Милосердия”. Пусть в пещере и было темно, Балазар видел их лица. Полные ужаса, бледные и … Повинующиеся. Сейчас они напоминали не грозных пиратов, а овец, которых отправят на заклание. Они знали о своем предназначении и боялись. Но боялись не Дагона, который был далеко и дремал под водами — утопец с ним! Но они боялись Балазара. Истинна его вера или нет, какая разница? Если во имя этой веры он готов любого из них прикончить. И хорошо, если собственными руками.

   Замахнувшись, капитан несколько раз с силой ударил кинжалом в грудь трупа. Звук разрезаемой плоти и треск ломающихся ребер быстро привлек внимание команды. Негромко причмокнув, Балазар упал лицом в новые раны. Кровь и плоть ещё теплились. Он чувствовал, как запоздало жизнь покидает его милую Лиззи. Которую он зна едва мгновение. Правильно ли всё было сделано? Завершен ли ритуал? Он был уверен, что да. Ещё один из многих алтаре был завершен. И так удачно! Там близко к Новиграду. Рыча диким зверем, Балазар принялся рвать крепкими зубами мертвую плоть.
 
   — Смойте кровь морской водой, господа. Мы славно поработали и вас всех ждёт награда, — капитан отвлекся от своего торжества крови. Увлекся, заигрался — ему нужно было завершить приготовления. Отдав приказ, он шатающейся походкой отошёл от алтаря и прошёл мимо своих моряков. Оставалось ещё немного времени, прежде чем придут за женщинами водяные. И это время он хотел провести на берегу. Пещера вскоре сузилась и он попал на импровизированный склад, забитый клетками. Пленницы мигом встретили его криками, но он не обратил на них внимания. Привычное дело! Это была не первая его добыча.
   “Нет. Что-то не так. Где?”, — Балазар замер. Прислушался.
   Капитан прошёл мимо клеток. Как и всегда: мольбы, обещания выкупа, тщетные яростные попытки схватить его за одежду или волосы. Но в одной из клеток царило молчание. Какая-то молодая девка. А на её груди — горящий жёлтым светом талисман.

+1

5

- Она найдёт тебя, - шептали потрескавшиеся, пересохшие молодые губы. - Найдёт. И убьёт. Выпотрошит. Выпустит кишки. Исполосует бритвенно-острыми когтями. Вырвет печень, сердце. Вырвет горло, если будешь кричать, моля о пощаде. Найдёт...

Крики выдернули Лину из беспокойного, рваного подобия полудрёма. Ей снилось море. Глубокое, чёрное, беспокойное и беспощадное к любому, кто лишь посмеет бросить в его сторону взгляд. Ей снились острые будто ножи вырывающиеся из его пучины мачты погибших кораблей - осколки легенд и прошлого, которые никто никогда не вспомнит. И даже когда во сне море успокоилось, по его поверхности продолжали расходиться кровавые круги. А её, маленькую и непослушную Лину, посмевшую бросить взгляд, ледяные мёртвые руки хватали за лодыжки.
И она закричала.

Но проснулась вовсе не от своего крика.
Кричали не только там, вдалеке, и внезапно замолкли.
Крики, мольбы, жалобы и стоны доносились отовсюду.

А как хотелось, чтобы всё было лишь сном. Но сном это не было.
И когда глаза привыкли к темноте, из неё вырвался силуэт. Он был будто бы соткан из просьб о воле и жизни. Сделан из худшего. Лина не видела в нём человека. Лине он казался волком в овечьей шкуре.
- Она найдёт тебя, - проговорила Лина спокойным голосом, что так резко контрастировал на фоне общей паники. Её тонкие короткие пальчики вцепились в жгущий грудь амулет. Он сиял подобно звезде. Насколько ярко, что слепило глаза.
- Она найдёт, - повторила Лина. А затем её вырвало.
От волнения.

Людей было много. Слишком.
Неизвестных, непонятных современной науке символов на стенах - много. Слишком.
Остро пахло... Нет, несло кровью. И трупом. И догадками, что здесь творится совершенно не внеклассное занятие.
Первая мысль, пришедшая на ум - работорговля. Алве, как существу, успешно проживающей второй век, приходилось, разумеется, сталкиваться с данным понятиям. Сталкиваться с теми, кто его придумал, ввёл и активнейшим образом использовал в описании своего не менее активного досуга.

Но впервые за долгое-предолгое время ей пришлось искать среди товара работорговцев небезразличное ей существо.
Впервые, пожалуй, за целое столетие.

В прочем, если глубоко поиграться с воспоминаниями, вряд ли не найдётся там эпизода, где Алве не приходилось невидимой тенью скользить вдоль стены, пробираясь сквозь толпы (толпы толп) старых провонявших рыбой, потом и нарушением закона моряков. Вряд ли когда-либо ей не приходилось туманом скользить по навесам и водной глади, лавируя и маневрируя по узким коридорам прибрежных пещер в поисках того самого маленького заветного спасительного огонька, что факелом разрезает тьму и дарует надежду.

Огонёк на шее Лины погас.
Камень, сжигавший кожу ладони, остыл.
- Она здесь, - прошептала одними солоноватыми от крови и желудочного сока Лина. - Она здесь...

- Она выйдет из тени...

Но никто из тени не выходил.

Отредактировано Алва (2017-10-13 06:58:13)

0

6

Шёпот вернулся с новой силой. Капитана неистово трясло. Что-то шло не так, а что — он понять не мог. Неужели Господин гневался на него? Нет, тут что-то другое. Девка в клетке что-то бормотала, сжимала свой светящийся талисман. Её сблевало на дно, но талисмана она не отпустила. Наконец, Балазар смог разобрать: “она придёт”. “Она найдёт”. И, наконец, “она здесь”. Капитан склонил голову набок и безразлично взглянул на девчушку. Что за пророчество она пыталась перед ним нарисовать? Просунув руку между прутьев решетки, он холодными длинными пальцами схватил её за лодышку:
   — Кто придет, девочка? Какая-такая она? Нет-нет, глупенькая, ты всё напутала! Не она, а они. Они придут ко мне и за тобой. И вы славно, славненько повеселитесь, под песни сирен и светом Луны.
   Рассмеявшись, он отпустил её ногу. Какие-то выдумки, последний лучик надежды. Сколько раз он уже их видел? Он собирался уйти, но застыл изваянием. Теперь он чувствовал. Чувствовал, что в его храме что-то не так. Может, паранойя разыгралась? Нет-нет. что-то другое. Раньше лишь Владыка видел его в любой тьме. Но сейчас он ощущал, что за ним наблюдают. И это были не глаза его Господина, что-то другое.
   — Команда! Сюда, мерзавцы!, — из тьмы выросло несколько плечистых силуэтов и число их только росло, — Боцман, будьте любезны, подкатите бочку зерриканского огня поближе к бочкам. Кажется, наши нежные мазельки рискуют простыть. Остальные же, чего встали? Сабли наголо, господа. И спойте какую-нибудь шанти, я устал от этих постанываний.
   Приказание было в точности исполнено: бочка стояла прямо перед Балазаром, а неровный хор голосов, часть обладателей которых уже успела прикоснуться к бутылке, затянул:

Был Мыкола, наш моряк,
Хэй-хья! Хэй-хья!
Сдох Мыкола, наш дохляк,
Хэй-хья! Хэй-хья!

   Балазар безумно расхохотался. Вот теперь совсем другое дело! Совсем как там, в морях, где он не знает равных. Но здесь, на суше, он чувствовал себя слабым. Его связь с древним божеством слабела и лишь тихий шёпот напоминал о ней. Иногда капитан пытался поймать в нём отдельные слова. Но всё, что он мог услышать: “Убей, убей, убей”. И иногда — “Пролей кровь”. Улыбаясь, Балазар прикрыл глаза и прошептал:
   — Юной кровью алтарь ал, взойди на трон владыка Безумия и Морей, ибо молит о том тебя твой раб.
   Несмотря на шум и гам, никто не спешил придти. Может, у Балазара и в самом деле разыгралось воображение? Он в окружении двух десятков головорезов, море близко, а скоро на сушу выползут и они. Ему нечего было бояться. Но он чертовски злился, когда всё шло не так, как задумано. И сейчас была именно такая ситуация. Казалось, что его водили вокруг пальца, как деревенского дурачка. Опасная игра с тем, кто давно уже ничего не теряет. Хотя бы потому что ничего не имеет. Кроме этих девичьих тел.
   — О, загадочная она! Прекрасна ты во тьме ночи, а истинную красоту способен оценить лишь тот, кто познал на вкус солёный ветер! Приди, приди же ко мне! Сорви с лица вуаль неизвестности и тайны, посети меня нечестивым откровением, — жестом Балазар приказал морякам замолчать и мелодичным переливчатым голосом стал звать ту, которую не видит. Золотистые глаза рыскали по всей пещере в тщетных поисках увидеть хоть что-то. Но у капитана был план и на несговорчивых мазелей, — Приди ласковой шлюхой к уставшему капитану и согрей его своим расположением этой дивной ночкой! Иначе, как знать, придётся ему согреться самостоятельно.
   Почти церемониальным движением, Балазар сорвал с бочки крышку. В нос ударил резкий запах селитры. Выхватив у ближайшего моряка факел, он занёс его над бочкой. Команда заметно перепугалась: один случайный огарок, упавший бочку, превратит пещеру в огненный ад. Но капитан лишь безумно улыбался и рыскал глазами по пещере.
   “Раз-два-три-четыре-пять, Утопленник идёт искать: выходи к нему рыдать. Где же ты, пташка, которая забралась туда, куда совсем не следовало?”

+1

7

А моряки пели, моряки веселились.
Их забавляло и развлекало происходящее.
Вот только происходило... Что?
Она видела каменную глыбу в пещере. Видела странные символы на ней. И разумеется чувствовала ни с чем не сравнимый запах свежей молодой крови. Пущенной, выходит, специально. И, выходит, в процессе некого кровавого ритуала.
Вряд ли это был заговор на лучший улов в следующем месяце.
В прочем, вампирша экспертом в кровавых ритуалах не была. А совместно с экспертом, не была и, так сказать, противницей общения с древними человеческими богами посредством кровавых оккультных ритуалов.
Только в качестве жертвы в этот раз выбрали они не того человека. Абсолютно не того.
Пусть делают. Пусть приносят кровавые жертвы. Пусть развлекаются. Их же боги и покарают их грешные души.
А трупы пусть сваливают где-нибудь подальше от её дома.

Проблем в спасении людей случается достаточно много. Самая главная, важная и острая из них - людей спасать нужно неизменно целиком, полностью, а не отдельно по рукам, ногам и подфутболивая голову, если заняты внезапно оказались обе руки.
Проблема в спасении одного конкретного человека выявиться в процессе может всего одна: этот человек слишком дорог для любого из видов спасения, к которому привыкла Алва.
Вернее, Алва совершенно не привыкла оказываться вот в таких ситуациях. Поэтому совершенно не имела представления, что обычно в них делают.
Пробраться-то она пробралась. Туда, куда было необходимо. За клеткой Лины место оказалось катастрофически мало, но хватало. В отличие от плана дальнейших действий в собственной голове.
Проблема в спасении человека в том, что в процессе он может внезапно умереть.
А селитра, насколько предоставляла знания богатая на эксперименты жизнь, - крайне взрывоопасный материал.

- Не кричи, - шепот донёсся до уха юной Лины. Шёпот, граничащий с дуновением ветра.  - Не нужно.
А затем длинные когти коснулись плеча. Там, где спина прикасалась к прутьям клетки.
Но Лина закричала. Даже нет, Лина заверещала так, что могло заложить уши. Так, как только умеют верещать напуганные до полусмерти бледные девочки в самом расцвете своих подростковых сил.
Алва отшатнулась тоже. Оставалось лёгкое опасение, что тот человек, тот безумец с факелом, сидящий над селитрой, от испугу может выронить огонь.
Но ещё прежде чем она сама успела испугаться этому факту, пришло осознание: вокруг ведь тихо. Помимо, разумеется, уже затихающего крика девчонки.
Скрываться больше не выйдет. Потому что спасение людей - дело такое, иногда приходится идти на жертвы собственностью. И на жертвы самим собой.

- Ты хотел меня видеть? - вышла она из тени, как и распевала Лина. Только картинно и эпично не получилось. Вышло мокро, грязно и с заложенным левым ухом.
Алва выпрямилась. Её секунду назад её тёмного силуэта, облачённого в чёрные одежды, не было видно в темноте углов пещеры. Он словно был в них растворён. А теперь она стояла здесь, вполне осязаемая и материальная. Стояла - и неотрывно следила за подрагивающим в руках моряка факелом.
Бум услышать не хотелось.
Как и задерживаться здесь надолго.
- Спешу заметить, что вашей сворой был задержан неправильный человек. Эта девчонка, - перевела она палец на клетку. - Моя. Возражения не принимаются. И я требую немедленного её освобождения.

0


Вы здесь » Ведьмак: Глас рассудка » О людях и чудовищах » В груде развалин Старых храмов, грядущий чертог (Новиград, 1270)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC