Ведьмак: Глас рассудка

Объявление

НОВОСТИ

✔ Информация: на данный момент проект находится статусе заморозки. По всем вопросам обращаться в ЛС на профиль Каролис.

✔ Для любопытствующих: Если видишь на картине: кони, люди — все горит; Радовид башкой в сортире, обесчещен и небрит; а на заднем фоне Дийкстра утирает хладный пот — все в порядке, это просто наш сюжетный поворот.

✔ Cобытия в игре: Несмотря на усилия медиков и некоторых магов, направленные на поиск действенного средства от «Катрионы», эффективные способы излечения этой болезни пока не найдены. На окраинах крупных городов создаются чумные лазареты, в которые собирают заболевших людей и нелюдей, чтобы изолировать их от пока еще здоровых. Однако все, что могут сделать медики и их добровольные помощники – облегчать последние дни больных и вовремя выявлять новых пациентов. Читать дальше...
ИГРОКИ РАЗЫСКИВАЮТ:

Супердевы Цвет эльфской нации Патриоты Старый волчара

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ведьмак: Глас рассудка » Забытые воспоминания » Дорогу осилит идущий до конца (Лок Муинне, 1266)


Дорогу осилит идущий до конца (Лок Муинне, 1266)

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

http://s7.uploads.ru/t/dAPTr.jpg

Время: ноябрь 1266г.
Место: Лок Муинне
Участники: Филиппа Эйльхарт; Линдая, Леди Морр; Ксардасиус фон Альбрехт, Мириам из Лирии.

Есть такие пути, на которые лучше не ступать. Но узнать, что выбранный путь именно из таких, иногда можно лишь пройдя по нему несколько шагов. И все бы ничего, но есть ещё один коварный момент в подобных путешествиях. Частенько они полностью лишают путника свободы выбора, блокируя любые пути к отступлению, оставляя открытом лишь одно направление – вперед, всё дальше в пекло. И хоть каждый шаг и приближает идущих к концу пути, никто не знает наверняка, каким будет этот конец.

Отредактировано Филиппа Эйльхарт (2017-06-27 11:19:03)

0

2

Последние несколько месяцев она грезила о нём беспрестанно. Об Aeiw’s feorh, эльфийском Хранителе Душ Филиппа знала давно и всегда восхищалась легендами о его мощи и возможностях. Она не раз думала об удивительной красоте, невероятной сложности и искусности его магии.  Чародейка была уверена - эти легенды не просто эльфские сказки. Это было столь древнее и тайное знание, что даже между Aen Seidhe о нём упоминалось шёпотом. Сведения о Aeiw’s feorh приходили к Филиппе по крупицам. Долгое время, она, как и почти все из немногих, кто был посвящен в тайну факта  самого его существования, считала, что эльфы уничтожили Хранителя, когда началась резня в Лок Муинне. Но вот однажды проскользнул намек на то, что это не так, что Хранитель жив. О, для реданской чародейки эта новость, буквально, перевернула мир! «Они все-таки не смогли, - думала она, - При всей их ненависти к dh'oine рука не поднялась уничтожить своё наследие! Но, уж конечно, они позаботились о том, чтобы Хранитель не попал в грязные людские лапы». С тех пор она стала просто одержима идеей поиска. Годы выуживания информации, исследований, шантажа, сделок и подкупа, даже дом в Лок Муинне, принадлежавший ранее Джеоффрею Монку  – все ради того, чтобы ещё на шаг стать ближе к заветной цели. Последние месяцы Филиппа находилась в настоящей агонии. Она узнала, где он сокрыт – тайный подземный склеп под некогда величественным городом. Более того, благодаря искуснейшим поисковым чарам, она нашла место входа; а воспоминания, которые были добыты из совершенно неожиданного источника даровали Эйльхарт карту местности! Эта карта теперь находилась в мозгу чародейки и жгла его  днем и ночью, точно раскаленная игла. Весьма подробная, достоверная – в этом сомнений не было, - но при каждом мысленном обращении к ней, Филиппа содрогалась. Сложнейший лабиринт, наполненный ловушками и целой армией магической стражи, что подстерегали за каждым углом и поворотом – вот что ожидало того, кто решится вступить в эти чертоги. Много бессонных ночей провела она, пытаясь придумать хоть сколько-нибудь жизнеспособную стратегию, но все было тщетно. В одиночку одолеть этот путь было не реально, даже ей. Но кого, кого, скажите на милость, она могла взять в напарники для этого предприятия? Её коллеги по цеху все как один преследовали свои интересы. А перспектива навсегда почить в закоулках древнего эльфского склепа перевешивала любые блага и сокровища, которые могли ожидать их в конце пути – в этом Филиппа была уверена, ибо магическую братию она знала очень хорошо. Но Предназначение, в которое госпожа Эйльхарт верила все больше, дразнило её и заманивало броситься очертя голову в эту авантюру.  На сей раз, оно явилось в облике совсем молодой и неопытной, но, определенно, совершенно особенной чародейки, появившейся из неоткуда.  Линдая сама вышла на неё с какой-то не то просьбой о помощи, не то о совете, сейчас Филиппа уже и не помнила, что было написано в том письме, которое девушка ей отправила. Казалось, ничего необычного не ожидается, но встречей с молодой самоучкой госпожа Эйльхарт, будучи членом Капитула Чародеев, пренебречь не могла. Однако, стоило им сойтись лично, для столь опытной и искусной чародейки, какой была Филиппа, стало очевидно, что эта девочка совсем не так проста. В ней было что-то, сокрытое, темное, глубинные изменения, отпечаток того, что ей доступна не только магия элементов. Ответ, как это не парадоксально, лежал на поверхности, а именно, на коже, которая была сплошь покрыта шрамами. Особенными, очень специфическими и, явно, магического происхождения. «Да ты, моя дорогая, похоже, заключила очень не выгодную для себя сделку! Из охотницы сама стала жертвой. Что ж, ты можешь оказаться достаточно отчаянной, чтобы согласиться и достаточно гибкой в плане использования силы, чтобы быть полезной!»

И вот, коль скоро эти женщины столь сильно нуждались друг в друге, они оказались вместе у одного из входов в катакомбы под Лок Муинне, с виду ничем не примечательного, но запечатанного магией, древней, сильной в то же время, искусно сокрытой. Когда Филиппа сломала магическую печать, их ударила такая мощная силовая волна, что чародейки не устояли на ногах.
- Прежде чем мы войдем, зачерпни силу, Линдая! Возьми по максимуму, наполнись ей под завязку. Ибо нам понадобиться всё, все наши ресурсы, до последней капли и даже больше.
Она и сама последовала своему совету. Хотя Филиппа Эйльхарт понимала, на что шла и на что вела эту молодую женщину, сведения, доступные ей были местами отрывочны и расплывчаты, а потому возбуждение от осознания, что свершается то, о чем чародейка так долго грезила, было пропитано страхом перед неизвестностью, перед той, самой гадкой её разновидностью, когда точно знаешь, что ничего хорошего впереди не ждёт, вопрос только в том, насколько плохо все будет. С такими смешанными чувствами и покалыванием в пальцах от готовых в любой момент сорваться с них боевых заклинаний, чародейка шагнула в темноту, ступив на дорогу, для которой существовало единственное направление – только вперёд, только к цели!

Отредактировано Филиппа Эйльхарт (2017-06-26 16:23:39)

+3

3

"In the dark we`re the same
In the concept of time
We`re like a grain in the sand
And we sprout from the flame
As if death was our rain
Cause we cannot understand"

https://68.media.tumblr.com/2000ad2ffe8c809e9cf8abbea7df1f46/tumblr_o54wx3mnCJ1vpdw3eo1_1280.jpg

Её избрала в свои спутницы сама Филиппа Эйльхарт. Её, девчонку с улиц, несчастное 18-летнее дитя, которое совсем недавно, по меркам чародеев, могло считаться взрослым. Более того, она ответила на её сообщение. Пришла к ней. Оценила. И нашла... Полезной. Одна эта мысль заставляла кровь быстрее бежать по сосудам, а покрывающие всё тело шрамы слегка светиться, выражая удивление демона, который ещё не ощущал такой детской, непосредственной радости в своём сосуде. А юное дарование, совсем недавно расставшееся со своим семейством и расправившееся со всеми перипетиями юридической волокиты, вернувшей ей титул и большую часть денежного запаса матери и Эриха, у которого, увы, не было иных наследников, наслаждалось аспектами вольной жизни. И училось управлять своими деньгами. И выживать с демоном, который скалился невидимой ухмылкой из-за её плеч.
  Она была готова на всё, ради ответов, которые, она была в этом уверена, таились где-то в невообразимом запасе знаний госпожи Эйльхарт. Пыталась вызнать их сразу, но столкнулась с жесткой позицией невыдачи чего бы т они было подобным ей. Филиппа была вежлива. Холодна. И очень кратка в изъявлениях своей воли, одним из которых было её обязательное присутствие близ Лок Муинне в указанный чародейкой момент. Зачем? неизвестно. Почему? Та же ситуация. Она была нужна Филиппе. И, видимо, была вынуждена довериться ей, слепо и покорно. Это совершенно не нравилось девушке, но делать было нечего. Разве что приготовиться ко всему, что этот мир мог направить на неё.

  Она вышла из портала, поставленного Филиппой, чтобы быть встреченной потоком ветра, холодного, заставляющего зябко съежиться, напоминая, зачем она вообще нарядилась в плащ поверх привычного своего одеяния, состоящего из платья с длинным вырезом вдоль бедра, лифа, защищенного дополнительно тонкими металлическими пластинами, воротника, перчаток да сапог, на сей раз без каблука. Красота уступала место эффективности. Обилие оборок, шнуровок да мелких элементов на её одеяниях сменилось несколькими соединяющими всё дополнительно ремешками и мягкой шерстью, покрывающей почти всю её одежду изнутри, даря даже в этой холодно-мерзкой погоде тепло. Ну, а затем она поняла, куда они суются.
  Руины эльфов. Лок Муинне. Места, которые называть опасными было примерно так же просто, как назвать грязные подворотни близ порта Новиграда блядюшником. Первым желанием было смыться прочь, обратно, в тот же самый портал. Лишь строгий взгляд Филиппы, выглядящей в своём одеянии посреди этого кошмара точно валькирия из сказаний островитян, заставил её собраться со своей смелостью в единую кучку, и всё же пойти вперед. Проклиная на ходу своё согласие.
  Она рухнула навзничь, получив удар магической преграды. Тут же вскочила на ноги, немного неловко, путаясь в собственных руках и ногах, юбке и плаще, пачкая их тем сильнее. Выпрямилась, наконец. Тихо выругалась сквозь зубы, стряхивая с дорогой ткани грязь. Она бы пошла сюда уж точно не одна. Набрала бы людей. Выдвинулась бы с лагерем. Леди она, черт всё дери, или кто?! Почему ей даже миловидного юного служку, что бегал за ней хвостиком по Новиграду не позволили сюда притащить?!
  Вздох, легкое напряжение мысли, привычные жесты рук, и она ощутила, как вся слякоть, сырость, мокрый снег да вообще и вся вода вокруг отдают ей заключенную в них энергию, наполняя её. Строго до необходимого предела, иначе она...
   - Архх... - Её выгнуло во вспышку боли, пронзившей все отметины на теле. Её ненаглядный оказался дома. Следил за ней. Сквозь сжатые зубы она прошипела что-то чертовски нецензурное, поддаваясь на его требование. И вспыхнула, сверкнула пурпурным пламенем, хлопающим на ветру, впитывая больше энергии, чем могла бы унести в себе и в паре амулетов, полученных от Филиппы, забитых уже под завязку. Зная, что он пожрет всё лишнее. И молясь, лишь бы это было не слишком ужасно на взгляд Эйльхарт.
  Лишь затем она смогла шагнуть вперед, как обычно после подобного вздрагивая от каждого ощущения, касания или звука. Выдрессированное бояться боли тело подводило её вновь. А сиплое, неровное дыхание выдавало её желание разрыдаться от внезапной вспышки страдания. Но она сдержалась. Могла бы уже и привыкнуть.

  Подземелье было подчеркнуто эльфским. И явно заброшенным. То тут, то там являлись взгляду картины полного запустения. Тяжелый воздух, смутно слышимые звуки откуда-то спереди, обрушенные колонны, куски былых украшений на полах. И зияющий зев коридора, выглядящего почти что даже и нетронутым. Чародейка протянула руку к этому входу, воспользовавшись тем, что Филиппа отвлеклась...
  На её пальцы упала капля воды. Откуда-то сверху. Конденсат ли, или выделения какой-то из сотен населявших это место летучих мышей. Что бы это ни было, оно спасло её жизнь. А затем и жизнь Филиппы. Отскочившие от её пальца "кусочки" капли ударились о невидимый барьер в воздухе, и после едва заметной вспышки обратились мгновенно пропавшими облачками пара.
   - Аээ... - Она успела отдернуть руку. Повернулась к Филиппе, надеясь, что та знала, чем это могло вообще быть. Сама же пурпурная чародейка... Будем откровенны, в этом вопросе она была бесполезна. А край её плаща, тем временем, коснулся невидимого барьера.
  Если вы знакомы с ощущением от взрыва светошумовой гранаты, вы должны осознавать, что пережила чародейка, малая часть одежды которой попросту исчезла во вспышке, высветившей на миг каждую выемку в камнях вокруг. Затем раздался громкий хлопок, и Линдая, взвизгнув, дёрнулась куда-то вперед, отскакивая в ужасе от активировавшейся ловушки, не замечая, как на её плаще и закрытой тем платье образовалась внушительная круглая дыра, явно выжженная по краям.
  Она уткнулась во что-то тёплое, обхватило это тёплое руками, дрожа, словно осиновый лист. И лишь тогда услышала сзади и слегка слева тихий рык. Который, отчего-то, несмотря на свою тишину, пробрал вибрацией её тело до самых кончиков пальцев, сжимающих плечи Филиппы.
  Перед двумя чародейками открытый было их взглядам зев коридора вздрогнул, с оглушительным грохотом ощетинился выскочившими по сторонам и из пола его короткими, ржавыми до самого основания копьями, которые, судя по всему, вышли далеко, далеко не все. А затем, не выдержав работы сломанных механизмов в стенах, которые, видимо, должны были выдвинуть эти копья до середины коридора, обрушился частично, с ещё более громким звуком, который и показался Линдае рычанием огромного зверя в её заложенных звуком срабатывания ловушки ушах.
  Коридор всё ещё был проходим, да. Но теперь он был усеян обломками копий, сработавшими и не совсем сработавшими механизмами, свисающими с потолка и стен коридора, и казавшимися наиболее ужасными неповрежденными пластинами тонкого камня, которыми были закрыты, видимо, не сработавший по той или иной причине механизмы с копьями.

  А затем по пещере прошёл ещё один крайне хреновый звук. Откуда-то сверху, сопровождаемый дождём из мелких камушков  да комьев земли, рухнул первый булыжник. И тут же все стаи летучих мышей разом бросились метаться по открытой части пещеры, вылетая потоком через открытый Филиппой ход, не позволяя заметить, куда рухнет камень следующий, да и не падает ли вообще весь "потолок" пещеры.

Отредактировано Линдая Сольди Морр (2017-06-26 20:54:47)

+3

4

Повозка, накрытая тентом немилосердно, тряслась по большаку, а холодный ноябрьский ветер пронизывал до костей, даже через толстую, набивную мантию, чёрного цвета, больше похожую на поддоспешник, нежели на одеяния мага и через такой же толстый, шерстяной, дорожный плащ, обитый на плечах мехом.
   Ксардасиус поёжился и зевнул. В поход он собирался долго и основательно. Потратил приличную, для небогатого чародея сумму на припасы, такую вот мантию-поддоспешник и покупку полукирасы с наплечниками и наголенниками. Так же чародей запасся двумя магическими амулетами, один из которых позволял создать магический щит, а другой был просто вместилищем энергии, на всякий непредвиденный случай. Взял маг с собой и свой верный посох, и полуторный меч – бастард. Хотя Димко Полуухий уверял его что всё это дело не такое уж и сложное.
   Началась вся эта история с поиском древнего эльфского склепа в окрестностях Лок Муинне четыре месяца назад, в июле, когда стояла жара, а вонючие испарения веленских топей, заставляли, порой, держать над башней магический купол, препятствующий их проникновению внутрь. Вот в такое время, одним июльским вечером к мэтру Ксардасиусу в башню постучался человек, закутанный в видавший виды, дорожный плащ под которым угадывались доспехи. Этот человек, был прекрасно знаком чародею и это был один из немногих его знакомых, кто знал, чем занимается Ксардасиус в своей лаборатории. Хотя знал он далеко не всё. Человека звали Димко по прозвищу Полуухий и он был когда то профессиональным солдатом удачи, ходил, то в одной вольной компании, то в другой. Сам мэтр познакомился с ним во время своих давних странствий. Димко уже давно не наёмничал, да и вообще был он уже преклонным старцем шестидесяти восьми лет от роду. Да и вообще почитал себя счастливчиком, редко кто в эти тяжёлые времена доживал до таких почтенных лет, при таком опасном ремесле к тому же. Однако, Димко всё ещё коптил небеса своим присутствием. Жил Димко, кстати говоря недалеко, в Стёжках. Так что порой заглядывал к Ксардасиусу в башню, но с годами всё реже и реже. Да и сам чародей иногда хаживал в Стёжки, помочь местным или самому Димко, по старой дружбе. Однако же, сейчас вот пришёл, значит дело было не пустяковое. Чародей впустил старика, Димко выудил из-под полы плаща бутылочку Нильфгаардской лимонной и предложил распить её. Чем собственно они и занялись.
- Так вот, Ксар, - Димко именовал почтенного мэтра, его старым прозвищем, которое тот использовал во время странствий. – что хочу тебе сказать. Ты историю про вольную компанию Сокола слыхал?
- Хм… - хмыкнул чародей задумавшись. – Вроде что-то слышал. Вроде они там в Цинтре ввязались в драку, там их всех и положили. Да ты же и сам, наверняка слышал, там творилось чёрте что…
- Слышал. – ответил старик. – Но также слышал, что положили там не всех. А также я слышал, что было там замешано какое-то чёрное колдунство… Ох, Ксар, не понимаю я в этих ваших материях, но люди говорят, выжили там двое из того отряда. Ганс, по прозванию Чёрный Мечник да эльфка одна, то ли Саска, то ли ещё как… В общем я бы и не поверил, там же такая резня была… Если бы однажды не повстречал этого Ганса, так как тебя сейчас вижу! – старик закончил речь, опрокинув стакан водки и за нюхнув огурцом.
- Ну предположим, мало ли что там могло случится. Дальше то как дело было? – маг и сам заинтересовался.
- Ну вот значит сижу я на скамейке значит у хаты своей, а уже вечерело, это вот, недавно было, весной. Я тогда колоду Скеллеге перебирал, я понимаешь у Ганника выиграл…
- Ой… Димко, по делу давай, а то знаю я тебя, сейчас все мозги мне засрёшь своим Гвинтом. Я конечно и сам не дурак сыграть, но в меру, всё в меру. – прервал излияния старого наёмника Ксардасиус.
- Ладно, по делу, Ваше чародейское магичество. – усмехнулся Димко в бороду. - значит будет по делу. – В общем сижу я карты перебираю и никого не трогаю. А тут через плетень ко мне воин перепрыгивает. Весь в воронённой, пластинчатой броне, и где только взял такую, я диво даюсь! Стоит же целое состояние! В плаще чёрном, и меч, Ксар, видел бы ты его меч!
Старик снова опрокинул стакашку, в этот раз не отстал от него и чародей.
- Так вот, Ксар, - продолжил Димко. – меч у него двуручный, а лезвие всё изогнуто волнами, понимаешь! Я таких мечей ещё не видел. Слышал только, что их фламбергами кличут. Но вот не встречал. А сам знаешь повоевал я не мало. Короче направил его ко мне кто-то… сейчас уже не помню кто. Но этот кто-то, сука, знает мои старые принципы, что я не брошу брата наёмника во чистом поле на большаке. В общем попросился этот Ганс ко мне на ночлег. И эту эльфку за собой притащил… И безумная же я скажу тебе баба… Всё болтала про каких то демонов и джинов. И прочую пургу. Да и сам Ганс скажу я тебе, о странных вещах говаривал. Спрашивал не проезжал ли тут торговец зеркалами, или Стеклянный человек, как его прозывают. Но о таком я не слышал. Короче разговорились мы с этим Гансом, выпили как полагается, и он мне рассказал, что путь держит в Лок Муинне. Говорит, что там эльфский могильник есть в котором книга вроде какая-то… которая может мёртвых призывать, или как-то так. А ты, я знаю, по этой фигне раньше загонялся, так что я посчитал нужным тебе всё это изложить.
   В общем, после этого вечера, и загорелся чародей идеей направится в этот склеп. По началу, конечно отмахивался от этих мыслей, мало ли что наёмники всякие на расскажут. Но время шло, а его изыскания успехом не увенчивались, и Ксардасиус всё больше стал задумываться о том, что может и вправду есть в этом самом Лок Муинне, нечто что сможет помочь ему. В конце концов он и собрался в эту авантюру. Что бы заодно и польза была от этой поездки, он воспользовался своей старой, ещё времён странствий, легендой, что он авантюрист, чародей-недоучка и нанялся, сопроводить караван до Лок Муинне. Его охотно наняли, время ведь военное. Однако добрались они без особых приключений.
   Повозка остановилась на обочине разбитого большака и чародей, подхватив свой небольшой мешок со скрабом, да свою полукирасу спрыгнул на землю. Начальник каравана – тощего вида торгаш пробормотал что-то типо: «Спасибо. Вот твоя плата.» Кинул ему небольших размеров, лёгкий мешочек. Хотя, его лёгкость, от части компенсировалась тем, что были там новиградские кроны. И караван двинул дальше, а Ксардасиус отошёл от большака и стал готовится к походу в сами руины, которые были тут не далеко. Он облачился в полукирасу, проверил крепления, проверил легко ли выходит из ножен меч и запахнувшись в плащ, застыл в медитации. Ксардасиус понимал, что, не смотря на все заверения Димко, в склепе может быть всё что угодно. Конечно Димко казалось, что Ксардасиус это всемогущий чародей, двигающий горы, по зову левой пятки, правой ноги. Но сам чародей, прекрасно осознавал свои возможности и то что ждать его там могло всё что угодно. После медитации, маг, одел на шею амулет, зачарованный на магический щит и отправился в путь.
   Дверь в склеп, Ксардасиус обнаружил уже взломанной, так же, как и обнаружил остатки мощного заклинания. Таак, а вот это уже не хорошо, подумал чародей, значит кто-то уже побывал здесь до меня, или кто-то ещё внутри. Интересно только кто? Уж не этот ли загадочный Ганс, со своей товаркой эльфкой… Ладно. Разрешать проблемы будем по мере их наступления. А сейчас…
- Gvella, glan! – проговорил чародей и взмахнул посохом, в навершии которого засветился магический огонёк. Ну вот, а теперь пошли, решил Ксардасиус и твёрдым, но осторожным шагом направился ко входу в склеп.
   Однако пройти далеко ему спокойно не дали. Чародей услышал очень неприятный звук, звук падающих камней, звук обвала. А!! К дьяволам эту всю затею! Промелькнула мысль. Маг уже было собирался развернуться и бросится назад, но увидел, что сзади дела похоже даже хуже, чем спереди. Лестница, по которой он спускался затряслась под ним. Оставался только один путь. Путь вниз. И чародей бросился бежать. Он пробежал ещё не много и вдруг услышал идущий спереди женский крик, вернее крики. Маг побежал туда, но вовсе не из-за рыцарского порыва, просто бежать больше было не куда. Очень скоро в мельтешащим свете магического огонька в навершии посоха, он увидел стоящих посреди коридора, пригибающихся женщин, даже девушек. Одну из них, он даже, как ему показалось видел где-то. Но это было сейчас не важно. Важно было, что девушки загораживали проход, да и далее Ксардасиус заметил какие-то то ли копья, то ли решётки, торчащие из стен. Он понял, что уже не успеет убежать от обвала. Чародей подбежал к девушкам и проделав пасс посохом, щедро зачерпнул энергию из земли.
- Sciath steall teacht shed eiw`s! – выкрикнул он магическую формулу заклятия, магического щита и усиливая его энергией, почерпнутой из источника.
Над девушками и чародеем расплылся переливающийся жёлтым и оранжевым магический купол, камни стали отскакивать от него. Уф! Мысленно выдохнул маг. Теперь главное, чтобы не обвалился пол и нас не унесло в бездну. Да и кто это вообще такие?! Что они тут делают?!

Отредактировано Ксардасиус фон Альбрехт (2017-06-27 13:34:36)

+3

5

Когда Филиппа переступила порог древнего чертога, она не спешила ни окружать себя и свою спутницу магическим щитом, ни использовать глаз Нехалены, чтобы выявить возможные иллюзии, скрывающие ловушки, ни даже сотворить простенькое заклинание, создающее источник света. Любое движение, любое колебание силы могло активировать сотни ловушек, готовые смертоносной лавиной обрушиться на непрошенных гостей. Она прикрыла глаза, воссоздавая в памяти карту. По иронии судьбы, именно здесь, на входе, в воспоминаниях было первое «слепое пятно». За долгие месяцы подготовки и планирования Филиппа испробовала всё, что только можно, пытаясь добыть недостающую информацию, однако, всё было тщетно. Оставалось единственное, что пока не было испробовано – она надеялась, что само нахождение в этих чертогах подстегнет память к восстановлению или, быть может, она увидит нечто, ранее ускользавшее от её сознания в потоке чужих воспоминаний. Чародейка ещё не успела погрузиться достаточно глубоко, как её резко выдернуло из транса яркой вспышкой, видимой даже сквозь сомкнутые веки и громким, поистине, оглушающим звуком. В ушах зазвенело, но зрение всё ещё было при ней. Филиппа увидела и одновременно ощутила буквально впившуюся в неё Линдаю, дико напуганную и, явно, потерявшую самообладание.  Филиппа  не услышала и даже не ощутила, она просто знала, что такого взрыва древние, и местами обветшавшие элементы конструкции могут не выдержать. Однако, вместо магической формулы защитного купола с её уст срывались самые грозные и  непристойные ругательства ибо вцепившаяся в неё девчонка сжимала ей руки так крепко, что Филиппа могла разве что пальцами пошевелить.
Спиной она почувствовала всплеск силы, устремленный в их сторону. «Это конец, - промелькнула в голове мысль, - все окончится даже не начавшись». Но вместо испепеляющего потока или какого-то более изощренного умертвляющего заклинания она увидела, как сверху опускается прозрачная, переливчатая пелена магического щита. Чародейка обернулась. Первое, что она увидела и узнала, был даже не сам чародей, а его посох. Неповторимый, особенный у каждого мага, в мягком свете, исходившем от сияющего навершия, он был хорошо заметен и не менее хорошо узнаваем.
«Ксардасиус фон Альбрехт! А он какого черта здесь делает?!» Но хоть не пойми откуда взявшийся чародей сам по себе и не был для госпожи Эйльхарт желанным гостем, сотворенное им заклинание оказалось весьма к стати. Филиппа высвободилась из объятий Линдаи, буквально отодрав её от себя. Времени было мало, щит в любой момент мог иссякнуть да и пол под ногами, и потолок над головой несли в себе сейчас опасность не меньшую, чем та, что ждала впереди. Чародейка сорвала с пояса, висевший на нем небольшой стеклянный сосуд с мерцающей голубой жидкостью и кинула его в искореженный и ощетинившийся острыми кольями проход. Склянка прошла сквозь переливчатый барьер не встретив никакого сопротивления, но стоило ей налететь на первую же материальную преграду, как она разбилась в дребезги, вспыхнув на миг, а затем во все стороны начала расползаться ледяная волна. За считанные мгновения все вокруг обратилось в лёд: преграждающие им дорогу колья, сокрытые в толще стен механизмы; летящие с потолка камни, что теперь разбивались о магический щит и отскакивали дождем из льдинок; летучие мыши, не успевшие покинуть свое прибежище и махавшие крыльями медленнее, чем распространялась ледяная волна, теперь они падали на пол, врезались в прозрачный купол, создавая сонм ледяных брызг.
- Вперёд!
Не слыша собственного голоса, крикнула чародейка и сделала соответствующий жест рукой. И они побежали, плечом к плечу, так быстро, как только могли. Магический щит, словно таран, пробивал огромные ледяные сосульки, торчащие из стен и потолка. Позади было две трети пути, а переливчатый купол у них над головами начала мигать и подрагивать. Последние метры они пробивались, орудуя магическими посохами словно дети, сбивающие палками сосульки с обледенелых крыш, уклоняясь от осколков и вжимая голову в плечи.
- На право! – крикнула Филиппа, уже вполне различая на слух собственных слова, но, на всякий случай, подкрепив их соответствующим жестом. Они свернули в небольшой коридор. На бегу скрестив руки перед собой, Филиппа выпустила из своего посоха и из ладони свободной руки два огненных шара, нацеленные на небольшие, источающие тусклый молочный свет кристаллы, находящиеся в нишах противоположных стен. Первая пораженная цель зашипела, заискрилась и треснула, померкнув и развалившись на несколько частей. Второй кристалл сначала вспыхнул ещё сильнее, а затем исторгнул из себя зеленоватую молнию, ударившую в потолок, оставляя в нем большую, черную выщерблину и обдавая бегущих градом каменной крошки, после чего он полностью погас. За коридором был небольшой зал. Здесь, Филиппа была уверена, можно было остановиться и перевести дух.
На полу, по периметру зала голубоватым пламенем горели невесть кем и когда зажжённые светильники. В центе было что-то наподобие  небольшого каменного алтаря с высеченными на нем словами на старшей речи. Стены украшали скульптуры – искусное изображение троих великих эльфийских предков, по одному на каждую из стен.
Облокотившись о посох, Филиппа тяжело дышала. Потребовалось время, прежде чем дыхание восстановилось, и она смогла говорить. 
- Какого чёрта ты тут делаешь, Ксардасиус?
- А ты…, - чародейка посмотрела на свою юную спутницу, впечатлительность которой чуть не стоила им жизни. Но её ли было винить? Филиппа потащила эту девочку в настоящий ад, прельстившись её возможностями. Возможностями, открывающимися благодаря магическому паразитизму и отчаянному положению юной чародейки. Что ж, мэтресса Эйльхарт, вы взяли с собой на войну ребенка, пусть ходящего на поводке у могучего существа, силами которого можно воспользоваться в подходящий момент, но ребенка. Так будьте добры исправно исполнять роль няньки, ибо в противном случае, пенять вам не на кого, кроме себя самой.
- Ты, Линдая, - продолжила она строгим, но лишенным негодования или претензий тоном, - впредь постарайся держать себя в руках!

+3

6

http://s4.uploads.ru/IamnY.jpg
The Binding of Isaac: Afterbirth Acapella mod – Everlasting Hymn (Cathedral)


  Она была бесполезна. Хуже того, она была обузой. Это осознание пришло поздно, уже после того, как её протащили вслед за собой через не менее смертельный, чем ранее, коридор с ловушками. После того, как она не могла понять, что происходило, и лишь бежала, спотыкаясь, едва не падая, стараясь смахнуть с глаз пелену внезапно выступивших на них слез, побороть звон в ушах и ощущение полной дезориентации. Её потряхивало до сих пор, воздух, в котором до сих пор было слишком много пыли, врывался в лёгкие, вызывая кашель, слова чародеев звучали словно из колодца, хоть они и стояли совсем рядом с нею. Линдая Морр представляла собой совершенно жалкое зрелище здесь и сейчас. Особенно на фоне своих куда более подготовленных и профессиональных "коллег". А она ещё верила, что могла оказаться всерьез полезной самой Филиппе Эйльхарт...
  Последние несколько секунд в её мыслях правили бал паника и ужас, заставлявшие её крупно дрожать, быстро вдыхая воздух со звуками, очень похожими на всхлипы, при том осоловело обводя взглядом её спутников. Мужчина был совершенно ей не знаком. Но он был магом, это точно. Она видела защищавший их купол энергии, который мог создать только этот мужчина. Он спас их. Хоть и не должен был тут находиться. Наверное. Откуда Линдае было знать о планах Эйльхарт? Откуда её вообще было знать, что она должна была делать? Ей не дали ничего, ни единого даже намека на причины, по которым она оказалась избрана. И сейчас она не показывала ни единой черты характера, хотя бы слегка этот выбор пояснявшей. На фоне того, как осторожно обратилась к ней сейчас Филиппа, от которой Морр ныне отошла, как и от чародея-спасителя, было совершенно точно понятно, что именно сосуд для демона в этот момент был самой бесполезной частью команды. И это ударило её вновь, куда сильнее, чем когда Филиппа молчала или общалась с мужчиной.
   - Я... Я буду. - Медленно к ней возвращалось самообладание. И головокружение, до того от неё почти отступившее, вернулось вместе с ощущением мнимого спокойствия. Только этот чертов звон...
  Подняв руку, она коснулась виска, провела пальцами вниз, к шее, и отвела руку прочь, неловко пошатнувшись и случайно опираясь на плечо колдуна, имя которого она не расслышала. На пальце её алела размазанная кровь, которая только сейчас заявила ей о себе ощущением медленно стекающих по коже капель. Наверное, она шла из уха. Или из ушей. Или же ей-таки досталось камнем по голове. Это объяснило бы, отчего её мысли заплетались и не желали выстраиваться в логические цепочки. И почему она всё ещё так рвано дышала, словно всё ещё бежала вместе с чародеем и чародейкой сквозь заледеневшие обломки ловушек и скал, пытаясь выжить. Выжить в ситуации, причиной которой стала лишь она сама.

  Чародей оказался отпущен. Линдая, неловко кивавшая или отрицательно мотавшая головой в ответ на все расспросы, шагнула в сторону от колдуна и чародейки, которым явно было о чём поговорить. Которые были куда профессиональнее и сильнее, чем она. Горечь уже осознанной собственной ничтожности была не так сильна, но в этом ощущении было что-то даже и приятное. Странно? Да, скорее всего странно. Но не так странно, как шум в ушах вкупе с их заложенностью и очень, очень хорошо слышным звуком собственного сердцебиения. Сердце словно колотилось в барабанные перепонки. Словно выползло из груди, через горло, и...

  Чародейка прислонилась спиной к стене в уголке зала и сползла по ней вниз, тихо давая волю слезам, жалко прикрывая лицо ладонями, словно обычная девчонка. Её трясло, она была явно не готова к происходящему. Вся энергия её, запасенная было внутри, уже пропала, не пойми куда потратившись. Шрамы на её коже медленно нагревались, слегка шевелясь, давая понять, что скоро её мучитель потребует очередную "порцию" своей "пищи", взамен даря ей только боль и ужас. Он знал, когда она слаба. И знал, что она никогда не станет серьезным противником для него, если в нужные моменты демон будет вынуждать её оставаться слабой, униженной и недостойной. И она боялась его, боялась сводящей с ума боли и ощущения наложенных на тело раскаленных оков, которыми её демон потчевал её всё чаще. Её сила была её же проклятием, да и силы в этой связи было - кот наплакал. Демон никогда не позволил бы ей брать его энергию. Он забирал всё, ничего не даря взамен. Использовал её. Как использовала её прямо сейчас и Филиппа Эйльхарт. Когда же наступит момент, в который чародейке станет проще просто гнать её вперед себя силой, а не тащить за собой, как балласт?..

  Линдая Сольди Морр поднялась на ноги спустя какое-то время. Сама. Игнорируя всё вокруг. Со взглядом смирившегося со своей участью смертника на заплаканной, измученной мордашке, она присоединилась к своим спутникам, всё ещё плохо их слыша, но не пытаясь ни оттереть кровь с висков и шеи, ни скрыть явные проблески пурпурных бликов, скользящих по её шрамам. Её ждала боль. Пока шрамы не раскалились, а её попытки сопротивляться не потонули в жалких воплях, нужно было двигаться вперед. Чего ещё было бояться, когда над ней нависал кнут самого жестокого и безустанного надсмотрщика её жизни?
  Она ждала приказа. Эти люди были куда мудрее и разумнее, чем она. Бежать было некуда. Может, если она будет послушной вещью, удобным пушечным мясом для ловушек, они позволят ей жить?..

+1

7

https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/236x/80/9f/64/809f6481a2ee05f7397fbe685f1434d3--fantasy-world-fantasy-art.jpg
"Эй, есть еще здесь хоть кто-то кроме меня?"(с)


Мариам стояла среди руин, озадаченно поглядывая то на полустершуюся карту, за которую пришлось выложить цену хорошей лошади, то на развалины вокруг. Определенно, вход в пресловутые подземелья Лок Муинне должен был быть где-то рядом. Ну, по крайней мере, проанализировав карту, она сделала бы его где-то тут, если бы была архитектором. Но, похоже, жившие за столетия до этого эльфы были с ней не согласны - среди фундаментов и остатков стен, покрытых засохшим плющом, упавших колонн и расколовшихся барельефов не было и намека на какую-либо дверь или что-то подобное. Неужели придется вернуться домой несолоно хлебавши? Нет, она так просто не оступится! Надо попробовать еще раз обойти этот квартал.
Слабый отзвук магического резонанса долетел до нее, когда она внимательно изучала потертый листок, и не успела заметить откуда он исходил. "Что это? Здесь есть кто-то еще кроме меня?" - удивилась Мариам, но по-настоящему перехватило дыхание, когда прямо перед собой, в ложном портале, украшавшем стену небольшой постройки, бывшей ранее не то склепом, не то маленьким храмом, зазиял вход в непроглядную темноту.
"Ловушка?" - мелькнуло в голове, - "Или же кто-то... открыл их все разом?... Или... нет, некогда гадать, работаем, работаем!"
Это было не первой вылазкой Мариам в руины, но с таким крепким орешком, как Лок Муине, двимвеандра сталкивалась впервые. Это был настоящий вызов. Серьезный. Страшноватый. Будоражащий. И если бы не надежда найти здесь хоть какие-то какие-то крохи знаний древних seidhe о Дикой Охоте, Мариам бы обходила это место стороной еще с десяток лет. Незачем было торопиться сюда без серьезного опыта за плечами, но сейчас... Сейчас надо было торопиться - вход открыла не она, а значит и закрыться он мог в любое мгновение. Мариам сосредоточилась, обхватив посох ладонями и прижавшись к нему лбом, прошептала формулу заклинания, и теплый воздух стал набухать и уплотняться вокруг ее фигуры. Накопив его, она осторожно пошевелилась, будто стряхивала с себя фантом, и легонько подтолкнула его в сторону входа. Полупрозрачная фигура, лишь отдаленно похожая на человеческую, но обладавшая приблизительно такой же температурой, плотностью и даже весом, двинулась в сторону подземелья и спустя некоторое время исчезла в темноте. Мариам прислушалась.
"Странно... Ничего..." - из темноты портала не донеслось ни звука спущенного механизма, ни магического резонанса, ничего, что могло бы говорить о наличии у входа ловушки, обычной для подобных подземелий. Странно... подозрительно... но это было так.

Коридор. Лестница. Коридор. Хм... остатки лестницы. Нет, все-таки это было странно и нетипично для эльфских подземелий. Ни одной ловушки за пройденные сто с лишним ярдов. Только под потолком время от времени слышался шорох летучих мышей, спугнутых чадом факела - зажечь магический светящийся шарик Мариам опасалась - здесь могли быть ловушки, реагирующие именно на магию. "Ладно, может хватит быть настолько мнительной? Могло ведь мне просто повезти хотя бы один раз в жизни?Наверное..." Напряжение нарастало с каждым следующим шагом, и каждый из них был короче, осторожней и медленней предыдущего. "Как говорится, тише едешь - дальше бу..." Стены и пол содрогнулись гулким грохотом подземного обвала и Мариам обдало волной затхлого воздуха. Назад! Уже на полпути к выходу, прыгая через две ступеньки, двимвеандра сообразила, что обвал был слишком далеко, чтобы хоть как-то навредить ей, но продолжала бежать, пока... не наткнулась на глухую стену там, где раньше был вход. А соответственно, и выход. "Ловушка! Ну да, вот же она!" Мариам взвыла и заколотила кулаками по плотной стене, в которой не было не единой щелочки. Несколько раз бросилась на нее всем телом. Выдохлась. Уперлась в нее спиной. Приступ паники постепенно проходил. "Ну чтож, назад все равно дороги нет. А выход в любом случае надо найти, значит - вперед!" Мариам подняла оброненный на пол факел и пощелкав над ним огнивом, зажгла его вновь.

Крестик... крестик... крестик... Двимвеандра шла вперед, ставя пометки мелом на каждом повороте или развилке подземных путей. Она пробыла здесь уже достаточно, чтобы страх приутих и уступил место осторожному любопытству. Вся эта удивительная разветвленная система ходов не могла быть только лишь местом захоронений. Наверняка, у нее было еще какое-то назначение. Хранилища? Лаборатории? Помещения для магических экспериментов или религиозных ритуалов? Если предположить, что эльфы в свое время укрыли здесь все самое ценное для них, то здесь просто обязательно должны быть книги. Целая библиотека! "Ведь, если подумать, мало что может сравниться по ценности с сохраненным знанием. Давай попробуем сообразить, куда они могли поместить библиотеку. Это должно быть место достаточно надежно укрытое от посторонних глаз, и, разумеется, с постоянной температурой и влажностью, а это должно обеспечиваться магическим..." Одна из каменных плит качнулась, и Мариам с ужасом ощутила под ногами пустоту. Падение оказалось не таким уж длинным, недостаточно, для того, чтобы разбиться насмерть или даже что-нибудь сломать, но вполне - чтобы хорошо приложиться копчиком, но что самое ужасное - тут же съехать дальше, шибануться обо что-то боком, затылком, другим боком, коленом... Тяжесть собственного веса несла двимвеандру дальше и дальше, все сильнее ускоряясь, попытки затормозить с помощью посоха, рук, ног оказывались абсолютно безуспешными.
"Когда же это закончится?! Когда же..."
Последний удар плашмя был обо что-то металлическое. И всё. На этом всё. Слава богам.
Не ясно, сколько еще прошло времени. Тишина... Темнота... Пол почему-то покачивается... Однако... могло бы быть и хуже.
"Это клетка. Всего лишь клетка." Факел чадил на полу, где-то далеко внизу, на высоте в три человеческих роста. Или больше. "Ладно, мне действительно здорово повезло. Просто феноменально повезло, уж с клеткой-то можно справиться."

"Нет, этого просто не может быть... Не может быть!" Уже которая попытка сотворить заклинание с треском проваливалась, магическая формула была столь же бесполезной, как детский стишок.
- Мелитэлле, ну за что?! - Мариам размахнулась и ударила посохом по двимеритовым прутьям. Потом еще раз, и еще. - За что?! Нет!!! Неееет!!!

Маленький огонек факела дрожал далеко внизу, собираясь угаснуть. Мариам сидела, бессильно привалившись к прутьям клетки. В пещерах было достаточно воздуха, чтобы дышать. И у нее с собой был запас еды. На три дня. Всего лишь, курва, на три дня!

Отредактировано Мариам из Лирии (2017-07-29 02:21:23)

+2

8

Да, определённо суваться в эти руины без должной подготовки, на чистом энтузиазме и не озаботившись какими нибудь слугами, было не самой лучшей идеей. Это Ксардасиус понял пока бежал вместе с чародейками посередь творившегося здесь хаоса. А ведь мог бы нанять пару-тройку крепких кметов из ближайшего селения, подумал мельком чародей, пусть бы и бегали тут, понимаешь… Глядишь несколько ловушек бы для меня и обезвредели.
Эх, а всё же красиво получилось у этой чародейки, как её там? Филиппа кажется. Ксардасиус всё же припомнил как зовут чародейку, показавшуюся ему знакомой. Вот так вот кинуть склянцу и весь корридор заморозить, хорошо сработанно.
   Вскоре, они выбрались в небольшой зал. Кстати, Ксардасиус не мог, не отметить, что выбрались в этот зал они именно следуя указаниям Филиппы. Да, чародейка явно подготовилась лучше чем он, да и вела себя как главная. Впрочем, учитывая то, какое положение она занимала среди чародейской братии, это было не удивительно. А вот вторая девушка, что-то совсем пала духом. Видимо молодая и ещё не “обстрелянная”, как выразился бы тот же Димко, адептка.
   Интересно, и на кой ляд, Филиппа потащила сюда эту девчонку? Хотя вполне возможно, что она нужна опытной чародейке, для того, для чего сам Ксардасиус подумывал использовать кметов. Ха, это же Филиппа, с неё станется. Впрочем, ход мыслей чародея прервал возмущённый голос самого предмета его размышлений. Филиппа, желала знать, какого чёрта он тут делает. Что же, у него к ней тот же вопрос.
-  А, приветствую, дорогая коллега! - запаздало поздоровался Ксардасиус. - Филиппа Эльйхарт если я не ошибаюсь. Я здесь по делам своих исследований. Кое какой предмет мне может весьса в них помочь. А вот что ты тут делаешь? Да ещё и не одна, а в компании, как я понимаю одной адептки?
   Однако, долго разговаривать им не дали. Сначала сверху, с потолка радался какой то грохот и лязг. Ксардасиус уж вновь было собрался сотворить заклятие магического щита, однако нового обвала не последовало. На пол откуда то сверху шлёпнулся факел. Затем послышались глухие удары, а затем и женский голос, взывающий к Мелитэлле. Ох, да что же все так любят поминать эту богиню?...
   Ох, ну это уже слишком, подумал чародей. В развалинах, где по идее должен быть он один, стало вдруг как то слишком много народа. Две чародейки, он, и вот ещё кто то. Что дальше? Бригада Импера вместе с императором Эмгыром… Тем не менее игнорировать женщину, ну или кого то выдающего себя за женщину он не мог. Не по человечески это как то совсем, да и даже если это снова какая то ловушка или враг, то уж лучше встретить его здесь и сразу.
-  Ну и кто там кричит?! - поинтересовался чародей повысив голос, что бы докричаться до собеседницы. - Что с вами, сударыня, приключилось?!

+1

9

Мариам подскочила как ужаленная, когда снизу донесся мужской голос.
"Люди?! Не может быть! Здесь есть еще люди?"
Точно. Сквозь прутья клетки можно было разглядеть три фигуры - мужскую и две женских. Судя по наличию посохов, двое из них были магами. Да, подготовились они к этой вылазке явно посерьезнее. Так вот откуда был тот резонанс! Удивительно, что при этом Мариам угораздило не наткнуться на них на поверхности. Ладно, каким образом это случилось, можно будет разобраться и потом, а пока...
- Ээээй! Милсдарь чародей, будьте так добры, вытащите меня отсюда! - крикнула Мариам, схватившись за двимеритовые прутья и снова отдернув руки. - Посмотрите, там внизу наверняка должен быть какой-то рычаг! Или что-то, за что эта клетка подвешена!
Двимвеандра замерла, едва ли не задержав дыхание. Она внимательно следила за людьми внизу - как знать, какое решение они примут? Вполне ведь могут решить оставить все как есть. Обычно по таким руинам не лазят ради развлечения, а делиться долей найденных сокровищ мало кому захочется.
- Эй, что бы вы тут не искали, я не претендую на долю, я здесь по своим делам. И, если что, у меня есть карта!
О том, что это была карта руин на поверхности, Мариам предпочла умолчать, хоть это было и стыдно. Главное сейчас, чтобы вытащили, а там, так или иначе все равно придется чем-то заплатить.

+2

10

Да они издеваются! Все, эти люди, что именно сегодня оказались здесь в этом склепе вот уже сотни лет забытом богами, богинями, людьми и нелюдями! Именно сегодня самое опасное место на земле превратилось в проходной двор. Совпадение? Или может… Предназначение?! Териантроп, гоэтка, маг-отшельник и … обманщица. У женщины, что томилась сейчас взаперти, в подвешенной к потолку клетке и, что вполне понятно, была готова на все лишь бы выбраться, карты подземелья не было. Это Филиппа знала точно. Единственная существующая карта, да и та не полная, находилась у самой Филиппы, причем, выкрасть её или скопировать было невозможно, ибо хранилась она в самом надежном из всех тайников – в глубинах воспоминаний. Однако, Предназначение, что б его, или просто воля случая, но один незваный попутчик совсем недавно уже спас им жизни, как знать, может, и обманщица, что сейчас сама нуждается в помощи, в какой-то момент окажется нужной. Чародейка окинула взглядом каждого из своих спутников, но обратилась сначала к мужчине:
- Коллега, думаю мы можем и позже удовлетворить любопытство друг друга, сначала давайте поможем даме в беде. Здесь должен быть механизм, управляющих клетью. Древние Сеидхе, были те еще аккурастисты и эстеты. Вряд ли предполагалось, что придется вечность созерцать разлагающийся труп под потолком.
Нужный рычаг отыскался быстро. Однако, от старости, а может еще по какой причине, механизм оказался неисправен и, опустить клетку на пол не удалось. Единственный доступный выход из «воздушной тюрьмы» проходил через этап свободного падения и, ежели не предпринять мер, вел он к быстрой и неминуемой гибели заключенного.
Филиппа всматривалась в полумрак над их головами. Хотя клеть находилась высоко над полом, и разглядеть лицо женщины было невозможно, но вот понять, что посох в её руках – посох чародейки, госпожа Эльхарт смогла. Почему же коллега по цеху сама не выбралась из западни? Ответ напрашивался сам собой – двемирит. Что ж, колдовать на лету – крайне сложная и рискованная затея, уж кому-кому, а чародейке, умеющей превращаться в сову, это известно. Значит шансов, что пленница умудрится в падении сотворить что-то сносное, до того, как превратится в окровавленное месиво на каменном  полу, почти нет. Тратить собственные магические резервы, на помощь неизвестно кому, учитывая, что их ждало впереди, Филиппа не собиралась. Ксардасиус, уже доказал свою полезность, но и его возможности в этом месте ограничены, пусть он и сам пока об этом не знает. А вот Линдая.  У нее был особый, неиссякаемый источник магии, предусмотреть и блокировать который вряд ли могли даже древние эльфы. А если и могли, то лучше узнать об этом сейчас. Да и девочке необходимо взять себя в руки и мобилизоваться, а ничто так не способствует этому, как понимание, что в твоих руках человеческая жизнь. Но справиться ли она, сумеет ли преодолеть свои страхи и боль, явно терзающую её каждый раз, как она черпает силу из своих особых закромов? С другой стороны, болтающаяся сейчас под потолком "дама в беде", определенно, чародейка, которая, будучи спасенной ими, окажется в долгу и будет вынуждена пойти с ними - выход завален и у той попросту нет выбора. А иметь под рукой коллегу-должницу - дело всегда полезное, особенно, в таком месте. Филиппа последний раз взглянула на своих спутников, прежде чем отдать приказ.
- Ксардасиус, когда я опущу этот рычаг, решетка снизу откроется и женщина полетит вниз. Без твоей помощи она разобьется. А ты, - обратилась Филиппа к юной гоэтке, - держи ухо востро и смотри по сторонам. Ловушка в ловушке – излюбленный прием архитекторов этих чертогов. Неизвестно, что может случиться, когда мы вскроем клетку.
Чародейка подняла голову и выкрикнула:
- Приготовьтесь, милсдарыня, сейчас мы вскроем пол вашей темницы и вы начнете падать. Но мы постараемся вас поймать. Другого выхода нет.
- Ксардасиус, скажи как будешь готов.

Отредактировано Филиппа Эйльхарт (2017-09-30 10:11:39)

+2

11

Ксардасиус, помнил Филиппу. Помнил ещё по Соддену. И это говорило явно в пользу чародейки, если она не побоялась выйти на холм и сражаться, значит она не подведёт и тут, перед лицом какой-либо опасности. Эта не та молодая магичка, которая сейчас, по указанию же Филиппы делает вид, что усиленно осматривается по сторонам, хотя на самом деле у неё душа уже в пятках. Как же, знавал Ксардасиус таких вот «зелёных салаг», знал ещё по годам своих странствий с наёмниками, да и сам был таким же. Но девочка тем не менее не паникует, делает то что нужно… хм… как знать, пройдёт этот своеобразный «первый бой» и может получится из неё что годное.
   В прочем, по мимо молодой магички, есть ещё одна девушка в клетке на верху. И похоже Филиппа приняла решение её спасать. «Таак! Стоп! А почему собственно решения принимает Филиппа?!» Подумал чародей. «Это что-то новенькое. Я, например, к ней не нанимался, да и у нас тут не армия. Никто командиром её не назначал.» Ксардасиус конечно мог сейчас вступить в полемику с Филиппой, мог вообще развернуться и уйти, только вот идти было не куда. Самым разумным вариантом, «дабы сохранить свою честь», как выразился бы какой-нибудь благородный дворянин, было, сказать магессе что-то в духе: «Миледи Элйльхарт, простите, но я не ваш вассал и не давал вам присяги, а посему, вы должны попросить меня как подобает чародейке просить чародея!» Но Ксардасиус понимал, как глупо это будет смотреться, будучи в вольной компании они не раз ухахатывались над куртуазностью и манерами рыцарей, которые аки раскрашенные павлины ходили по лагерю. Да и в реальном бою, польза от них была лишь от части. Конечно если полководец имел большое уважение и дворянское достоинство позволяло ему управлять другими дворянами, рыцарей можно было организовать в неплохую силу. Тяжёлая, профессиональная конница на поле боя это большое, очень большое подспорье для победы. Но вот только… рыцари отнюдь не спешили, как умирать сами, так и убивать других, они все были из одной «касты» - «касты воинов». Да и потом, главным было пленение противника, с тем, чтобы после боя за него можно было просить выкуп. От этого эффективность их уменьшалась, да и приказ командира, рыцарь вполне мог «понять по-своему». В общем в рыцаря чародей решил не играть. Да и с другой стороны, Филиппа на роли старшей, тут по крайней мере его устраивала. А что у их небольшого, невольного отряда должен быть некий, пусть и номинальный командир, Ксардасиус не сомневался, ибо в этом случае, их шансы выбраться от сюда живыми, прилично возрастали. Так же, чародей не сомневался и в том, что, если он признает за Филиппой право отдавать приказы, это право за ней признают и все остальные. Девчонка и так, как ему кажется, была ассистенткой или учиницей госпожи Эйльхарт. А та… хм… дама, в клетке на верху, конечно же будет благодарна им за спасение и примет правила их отряда. Так что, единственным оппонентом Филиппы, на роль главы всей этой компании мог стать только он сам. Но если быть честным, Ксардасиус прекрасно знал и понимал, госпожа Эйльхарт, куда искусней его в чародействе, иначе бы, Вильгефорц взял на холм с собой его, а не её, это, во-первых. А во-вторых, конкретно в этом случае, Филиппа действительно лучше всех подготовилась к походу и сейчас по крайней мере знает, что нужно делать. Ну и в-третьих, Ксардасиусу, всегда было проще идти за кем то, не важно за кем (были ли это преподаватели из Бан-Арда, командир их вольной компании, чародей Вильгефорц, или же как сейчас, Филиппа), чем вести людей самому.
   Поэтому чародей наконец принял решение. Все эти размышления заняли у Ксардасиуса не очень много времени, однако, Филиппа Эйльхарт, могла заметить сомнения в его глазах, которые чуть блестели, отражая свет магических светильников, в полумраке подземелья. А непослушный капюшон мага, во время их пробежки сполз назад. Впрочем, когда чародей кивнул магессе, сомнений в его взгляде уже не было.
- Понял Филиппа. – проговорил он. – Дай мне секунд пять подготовиться.
   Чародей в этот раз обратился к своим внутренним резервам. По началу была мысль поймать женщину из клетки, аки рыцарь даму сердца, на руки. Что так искусно проделывали актёры уличных трупп, во всяких спектаклях. Однако он не знал в чём одета и что несёт с собой та женщина. А если она в доспехах, пусть и лёгких? А если у неё что-то острое где-то торчит? В общем как бы Ксардасиусу не хотелось тратить энергию, но женщину придётся ловить левитацией. Чародей сосредоточился и пропуская энергию через посох, стараясь хоть как-то сэкономить, проговорил слова заклинания, подготавливая его.
- Давай, Филиппа! – сказал он, когда всё уже было готово. – Я готов!

+2

12

"Эй, что значит "начнете падать"? А по-другому как-нибудь нельзя?" Мариам оценила расстояние от клетки до пола подземного зала - оно было достаточным, чтобы расшибиться в лепешку. Понятное дело, что маг постарается сделать что-то, чтобы она не разбилась, но все равно было немного страшно.
"Надо сделать что-нибудь и самой."
Вот только левитация была слишком сложным для нее заклятием. Одно дело - поднять с ее помощью ложку со стола, и совсем другое - остановить летящее с ускорением собственное тело. Можно было попробовать воздушную волну - несложное заклинание, которым двимвеандре удавалось отбрасывать в сторону нападавших. "Может быть, если я сделаю жест перед самой землей, оно немного отбросит меня вверх и смягчит падение. Но тут главное успеть!"
Но тут пол клетки распахнулся и чародейка с пронзительным "Ааааай!" полетела вниз. За мгновение у нее перед глазами промелькнула вся ее вобщем-то недолгая жизнь. Последние ярды падения Мариам пролетела словно сквозь густое прозрачное желе, и на пол все-таки приземлилась, но значительно мягче, чем могло быть при падении с такой высоты.
- Ого, - удивленно произнесла она, поднимаясь на ноги и стряхивая с одежды щедро налипшую пыль. - Благодарю Вас, милсдарь...
Однако лицо чародея было ей совсем незнакомым. Что вобщем-то было неудивительно, поскольку выпустилась из Аретузы она относительно недавно и пока не успела познакомиться с большей частью магической диаспоры Севера. Чего совсем не скажешь о лице чародейки. Вот уж кого Мариам совсем не ожидала встретить здесь! Сильнее, чем сейчас, она удивилась бы только если увидела прямо здесь, в этой пещере Императора Эмгыра собственной персоной.
- Госпожа Эйльхарт, - двимвеандра сделала почтительный реверанс, старательно удерживая себя от того, чтобы изумленно вытаращиться на чародейку. - Честно говоря, не ожидала встретить Вас здесь.
"Глазам своим не верю! Это что же должно было случиться, чтобы Филиппа бросила все свои дела в Третогоре и явилась сюда сама в сопровождении всего лишь двух людей? Не то тайная сходка самых могущественных магов Севера, не то поиски артефакта такой силы, что по меньшей мере смог бы опустить на дно морское все земли континента."
Третья чародейка, стоявшая поотдаль, тоже не была знакома Мариам. Но почему-то, при взгляде на нее внутри поднималась какая-то странная тревога. Будто вместе с ней здесь присутствовало что-то дикое и разрушительное.
- Меня зовут Мариам из Лирии, - сказала она, снова оглядев всех троих, и надеясь, что чародей и младшая чародейка представятся сами. - Кхм... Раз так получилось, что теперь я обязана Вам троим жизнью, я бы хотела вернуть долг. Чем я могу быть полезна?

+2

13

Только сам чародей знал, чего стоило ему сохранить на лице невозмутимое выражение. Хоть Ксардасиус и старался сэкономить энергию, но всё же… всё же… это был живой человек, а не какая-нибудь безделушка и Филиппе этот человек был нужен живым. Да и не хотелось ударить в грязь лицом перед такой чародейкой как Филиппа. Поэтому маг всё же влил немного больше энергии, с запасом. В итоге, хоть приземление чародейки вышло более-менее мягким и, что самое главное, безопасным, но у Ксардасиуса довольно сильно закружилась голова и его качнуло в сторону, лишь на миг, но и в этот миг он постарался не потерять самообладания. Главное, не показывать неизвестной чародейке ни одну свою слабость. Он всегда предельно собран и готов к бою, с ним опасно шутить.
   Пока спасённая магичка, а в том, что она магичка, колдун почти не сомневался, потому, как только она приземлилась, попытался прочесть её мысли, но натолкнулся на барьер, поднималась с пола и отряхивалась, он твёрдым шагом приблизился к ней, и встал так, чтобы разделять свежеспасённую и Филиппу. Так же он открывал пространство для атаки ассистентке, госпожи Эйльхарт. Одновременно с тем, как он подошёл к чародейке его правая рука обняла рукоять полуторного меча под плащом.
   Расчёт был предельно прост. Если, вдруг случись такое, что эта девушка желает им зла, а желать зла той же Филиппе Эйльхарт, могли, пожалуй, слишком многие, то спасённую колдунью должна ожидать незавидная участь. Чародей прекрасно знал, что клинок быстрее магии, особенно если стоишь к противнику почти вплотную. К тому же, Ксардасиус, за то время, пока странствовал и воевал выучился одному интересному приёму.
   Он как сейчас помнил, что они были где-то около Туссента, их наняли, чтобы выследить и уничтожить одну банду. Банда была ничем не примечательна, кроме того, что в ней был то ли чародей-недоучка, то ли ренегат. И вот они одним прекрасным вечером их настигли. Поскольку в вольной компании, знали, что Ксардасиус магии не чужд. Он уже тогда придумал легенду о сбежавшем из Бан-Арда недоучке. Его командир попросил, его сразиться с вражеским колдуном. Ксардасиус так и не узнал на сколько хорошо тот владеет магией, потому, как только Ксар его заметил, тот окружил себя магическим щитом и бросился бежать на него. Само то, что чародей решил сократить дистанцию, показалось Ксардасиусу странным. Тем не менее, он выпустил по ренегату, два ледяных копья, чтобы ослабить щит, а потом уже добить его чем ни будь помощнее. Однако он не успел даже приготовить третье заклятие, как этот чародей-недоучка, появился прямо перед ним. Щита у него уже не было, зато в руке, блестела в лучах заходящего солнца, зерриканская сабля. Если бы не Убин – один мечник с островов Скеллиге, то Ксардасиуса уже не было бы в живых. Убина послали вместе с ним для поддержки, и он в последнее мгновение перед ударом, возник рядом с чародеем и нанёс ренегату смертельный удар мечом, единым движением выхватив меч из ножен и тут же, без замаха, ударяя противника.
   После этого случая, чародей попросил Убина научить его владению мечом и этому особому удару. Конечно же пришлось выкладывать «наставнику» половину своего жалования и добычи, но дело того стоило. Сейчас Ксардасиус был уверен, что сможет распороть живот девушке, ещё до того, как она произнесёт первые слова и проделает первые пассы.
   Тем не менее все свои подозрения чародей держал при себе. Девушка поблагодарила его, а за тем представилась и Ксардасиус произнёс в ответ:
- Я Ксардасиус фон Альбрехт. Чародей-отшельник из Велена, сударыня. И я рад был помочь. Чародеям не мешало бы научиться помогать друг-другу.
   Голос колдуна был спокойным и размеренным, ничего не выдавало того, что Ксардасиус готов к бою, ничего, за исключением руки на рукояти меча и пронзительного взгляда голубых глаз, похожих на мерцающие льдинки, которые будто бы говорили: «Только попробуй напасть и ты умрёшь.»
   Далее, девушка вполне предсказуемо узнала Филиппу Эйльхарт и предложила им свои услуги, что же, дальнейшие переговоры Ксардасиус предоставил более опытной в этих делах чародейке из Третогора, а сам, до поры, до времени, решил побыть молчаливым стражем.

+2

14

«Не дурно, очень не дурно, - глядя на чародея думала чародейка, - А что до тебя, долг ты вернешь, не сомневайся», - узнанная Филиппа Эйльхарт была крайне недовольна тем, что в этом раунде битвы осведомленности незнакомка её «сделала». Но вслух она сказала иное:
- Мы, чародеи, должны держаться вместе и помогать друг другу, тем более в столь опасном месте.
«Что же ты тут делаешь, Мириам из Лирии? Ты не многим старше этой одержимой девчонки, что до сих пор дрожит как осиновый лист (эх, все-таки придется её отсылать). Это сразу видно по глазам, а точнее, по взгляду. Магические декокты, они могут внешне омолодить лицо и тело, но вот глаза… Сделать взгляд юным, как и душу молодой не под силу никакому зелью или заклинанию. И вот какого черта ты, столь юная, решила лезть в кишащую смертельными ловушками непреступную крепость? Ты либо очень глупа, либо, напротив, крайне опасна», - и вновь чародейка думала одно, а говорила и делала совсем иное. Она развернулась и подошла к Линдае, взяла её за подбородок так, чтобы та смотрела ей прямо в глаза:
- Девочка моя, ты хорошо потрудилась и была очень полезна, но сейчас тебе пора домой. Будь умницей, соберись и открой портал. Мы побеседуем позже, когда я вернусь. Ты меня поняла?
В таком состоянии доверять девчонке колдовать открытие портала было жестоко, но логично и в их ситуации неизбежно. Тратить на столь энергоемкое заклинание собственные силы было непозволительно, а у юной гоэтки всегда был под рукой неисчерпаемый источник, к тому же, хозяин, наверняка, приложит все силы, чтобы его собственность вышла из портала если не невредимой, то по крайней мере живой.
Юная чародейка кивнула и в её глазах явно читалось облегчение. Даже предстоящая боль не пугала её столь сильно как обычно. Она вновь вспыхнула пурпуром и вот уже портал разинул перед ней свою лазурную пасть. Через мгновение от её присутствия в подземелье не осталось и следа.
- Ну вот, теперь, когда с любезностями и необходимыми формальностями покончено, можно двигаться дальше, а для этого, - Филиппа двинулась к загадочному каменному пьедесталу, - нужно понять, как это сделать.
Внушительных размеров каменная плита с высеченными на ней словами на старшей речи, а ниже какой-то механизм – руны, которые можно было передвигать, меняя их порядок и складывая слова. Филиппа некоторое время пристально всматривалась в высеченное в камне изречение.
- Это загадка. В вольном переводе это звучит примерно так:

Восход мне ближе,
Чем закат.
Учитель лучший – то мой брат.
Супруг мой - возраст, долгий век.
Сестра мне – сила.
Ценюсь я очень дорого,
Но не купить меня за злато
И не украсть,
Но можно приобресть и преумножить.
Скажи же, кто я!

- А вот здесь, видимо, нужно сложить ответ. У кого-нибудь есть идеи?

+2

15

Чародей отметил про себя, что отсылать молодую ассистентку было, в общем то правильным решением. Уж слишком она переживала из-за всего. Уж слишком была ненадежна. Такая девушка, Филиппе сейчас только мешала. Хотя, вполне возможно, что Филиппа отослала молоденькую чародейку по иным причинам. Чтобы эта молодка не позорила её перед собратьями по цеху. Кто ж знает. В любом случае, без этой ассистентки, или кем бы она не была, задышалось свободнее. Чародей не мог, не отметить, что подельница госпожи Эйльхарт пользуется какой то странной способностью своего тела. “Да она вообще чародейка хоть?!” - подумал колдун. - “А может и вовсе не человек. Хотя выглядит и ведёт себя вполне по девичьи.”
   Однако, странная спутница Филиппы ушла, но на её место пришла уже новая дама, “готовая помочь”. Этой вновь прибывшей, чародей не доверял. Но раз Филиппа приняла девушку, а та пока ещё ничего не сделала, может и правда она не питает надежды убить кого то из них. “Хотя за ней нужно будет приглядывать.” - решил про себя чародей. - “По крайней мере приглядывать пока. Что будет потом, кто знает, увидим. В прочем, с госпожой Эйльхарт нужно также держать ухо востро, чародейка такого… хм… полёта как эта сова, вполне может и сожрать двух зазевавшихся мышат, особенно если это поможет ей выжить.” Как бы то ни было, но быть мышонком Ксардасиус не хотел. Поэтому он внимательно проследил за чародейкой, которая прошла к каменной плите в дальнем конце зала. И прочла высеченные на камне строки на Старшей Речи.
   Чародей двинулся за ней и вскоре сам увидел и плиту и механизм. “Ну что ж…” - подумал он. - “Всё в духе эльфов. Любят они всякие секреты и загадки. И порой очень неприятные загадки. Может статься, что за неправильный ответ нас тут и завалит. Вполне возможно что это как пароль. Какой спрашивают обычно стражи при проходе в военный лагерь, например.” Но даже там, если вдруг, посетитель первый раз назвал пароль не правильно, страж переспросит его, а не убьёт сразу или задержит. А тут, когда требуется набрать ответ с помощью передвижных камней с рунами… Тут велика вероятность случайной ошибки. Даже тот, кто точно знает ответ может случайно ошибиться, поставить не ту руну или же ещё как то. Так что, чародей был практически уверен, что на первый раз им ничего не грозит. Но всё же, всё же, кто знает в каком состоянии механизмы и в каком режиме оставили их эльфы. Нужно было быть осторожнее.
   Колдун вчитался в текст загадки ещё раз.
Восход мне ближе,
Чем закат.
Учитель лучший – то мой брат.
Супруг мой - возраст, долгий век.
Сестра мне – сила.
Ценюсь я очень дорого,
Но не купить меня за злато
И не украсть,
Но можно приобресть и приумножить.
Скажи же, кто я!

Так можно было перевести те строки, что были высечены на каменной плите. На первый взгляд выходила какая то билеберда. Но если вдуматься…
   Чародей задумался и стал разбирать написанное по строкам. Восход мне ближе, Чем закат. “Что мы делаем на восходе? Встаём, умываемся наверное… кто как конечно, но просыпается после сна большинство. Таак… потом… потом начинаем заниматься своими делами. Хм… выходит начало дел. Ладно, далее.”
Учитель лучший – то мой брат. “Учитель… брат… хм… выходит так что чему то учат. Хорошо. Теперь неплохо бы было это связать с первой строкой.” Ксардасиус живо вспомнил занятия в академии Бан-Арда, начинались они как раз на рассвете. “Ага!” - подумал колдун. - “Лекции, занятия, обучение чему то. Хорошо, далее.”
Супруг мой - возраст, долгий век. “Долгий век и возраст. При этом если следовать логике, то чему то учат. Не очень понятно. Так, а если взять эту строчку отдельно от всего текста. Возраст, долгий век… с возрастом приходит мудрость. Ну и мудрость в некоторых случаях опирается на учение. Хорошо. Пока у меня есть учение и мудрость. Думаем дальше.” Сестра мне – сила. “Сестра - сила. Так, если думать в том же контексте, учение, мудрость… сила…?” Ксардасиусу тут же вспомнилась поговорка: “Знание - сила!”
А для магии эта поговорка верна вдвойне. “Хорошо. Может, конечно я и ошибаюсь, но тут кажется знание. И опять таки знания мы получаем в процессе обучения. Так, что далее?” А вот далее разбирать отдельно как то не получалось. Дорого ценюсь, но не купить, не украсть. Так, а если посмотреть на заключительную часть текста в целом.
Ценюсь я очень дорого,
Но не купить меня за злато
И не украсть,
Но можно приобресть и приумножить.

   Гласила заключительная часть текста. “И так, что не купить за злато? Любовь. Но её можно украсть. А вот те же знания украсть нельзя. Но можно купить. Зато мудрость нельзя ни купить, ни украсть, но приобресть и приумножить вполне можно. Но… просто мудрость?... Странно. К чему тогда учение и знание. Нет, что то не то.”
   Маг продолжал свои изыскания, оглядевшись, впрочем по сторонам и отметив, что всё спокойно.
   “Так, а если посмотреть так: учение, мудрость, знание. Что может связывать эти понятия?” И тут, Ксардасиусу вспомнилась старая поговорка, которую порой высказывал тот же Димко. “Опыт не пропьёшь!” - говорил он. “Опыт… Точно опыт!” - подумал чародей. - “Ведь опыт это знания человека, то чему его научили, применённые на практике и видоизменённые мудростью! Всё сходится! И опыт нельзя украсть, но можно приумножить. И опыт не купить. Да, это должен быть опыт, определённо.”
   Свою догадку чародей тем не менее решил сначала озвучить и вынести на обсуждение. Всё же не известно, имеют ли они право на ошибку в этом, безусловно, очень опасном месте.
- И так, уважаемые коллеги. - начал чародей, оглядев сначала Филиппу, затем Мариам. - Изучив данный нам на этой плите текст, я пришёл к заключению, что тут зашифровано слово: Опыт. Что вы, коллеги думаете по этому поводу?

+2


Вы здесь » Ведьмак: Глас рассудка » Забытые воспоминания » Дорогу осилит идущий до конца (Лок Муинне, 1266)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC